Солнце

21.02.2005

В Берлине корреспонденту Газеты.ру Антону Долину представилась редкая возможность пообщаться с исполнителями главных ролей «Солнца» — японскими актерами Иссеем Огатой и Каори Момои.

- Огата-сан, правда ли, что ваше имя не разглашалось по соображениям безопасности, а в Японии вообще нельзя играть роль императора?

ИССЕЙ ОГАТА: Правда, так  и  было. До премьеры. Теперь любой, кто увидит наш фильм, сможет вынести собственное непредвзятое суждение.

КАОРИ МОМОИ: Официальных запретов нет, но съемки могли столкнуться с непредвиденными проблемами, если бы люди узнали подробности о производстве фильма на столь важную для нашей страны тему. Главное было — никого не провоцировать. Хотя бы до премьеры. Впрочем, мне кажется, что Сокуров-сан слишком много осторожничал — будучи уроженцем СССР, он по привычке боится политических преследований.

-Другими словами, вы не боитесь нападок экстремистов, которых этот фильм раздражит?

ИССЕЙ ОГАТА: Конечно, боюсь.

-Каким было ваше первое впечатление от встречи с Александром Сокуровым?

ИССЕЙ ОГАТА: Первое впечатление я получил, когда увидел его в Японии. Я ждал его в офисе нашей компании-сопродуктора  и  очень волновался, но когда увидел — волнение прошло. Я тут же понял, что передо мной человек трудолюбивый, работящий...

КАОРИ МОМОИ: ... а не один из режиссеров, которые строят из себя больших авторов  и  пускают пыль в глаза. Таких режиссеров актеры боятся!

-В Сокурове действительно есть что-то особо близкое японцам?

ИССЕЙ ОГАТА: Сокуров-сан так много раз бывал в Японии, что сам, как утверждает, чувствует себя немного японцем. Он очень интересуется японской культурой  и  историей, он разделяет свойственный каждому японцу страх: боится, что в будущем молодые японцы не будут ничего знать о прошлом их страны.

КАОРИ МОМОИ:  Сокуров-сан  похож на японца своей скромностью. Он не показывает всем подряд свои сильные стороны, а скрывает их.

-У меня сложилось впечатление, что ваша игра в фильме следует скорее театральной, чем кинематографической традиции...

ИССЕЙ ОГАТА: Специально такой задачи я перед собой не ставил. Может быть, ее ставил Сокуров-сан? В любом случае, мой опыт театральной игры гораздо богаче, чем опыт в кино. На сцене я играю уже больше двадцати пяти лет.

-Странные движения губ сближают вашего персонажа с предметами его исследований, глубоководными рыбами...

ИССЕЙ ОГАТА: Я во время съемок об этом не думал, но здесь, в Берлине, не вы первый указываете мне на эту параллель!  И  мне она очень нравится, приятно быть похожим на рыбу.

-Каори-сан, ваш персонаж появляется лишь в конце фильма на несколько — однако очень важных — минут...

КАОРИ МОМОИ: Да-да, они очень важны. Ведь именно благодаря финалу император Хирохито впервые предстает не только как глава государства, но  и  как любящий отец  и  муж. Конец фильма — самая важная его часть.

-То есть вас не расстроило, что роль была такой небольшой?

 КАОРИ   МОМОИ: Я бы с удовольствием сыграла роль покрупнее,  и  меня поначалу очень расстроило, что роль невелика. Но когда я спросила у Сокурова, нельзя ли увеличить мою роль, он ответил, что зато я буду единственной женщиной в фильме! Это меня утешило.

-Что вас удивило больше всего в работе с Сокуровым?

КАОРИ МОМОИ: Меня поразило то, что он часто не следовал сценарию  и  раскадровке, а решал на месте что-то изменить. Он был очень чувствительным  и  внимательным, прислушивался к актерам. На съемках последней сцены, где император встречается с императрицей, он попросил нас просто представить себе, как могла бы выглядеть наша встреча,  и  сыграть ее. Он старался найти самую естественную интонацию, передать самую натуральную реакцию одного человека на встречу с другим.

ИССЕЙ ОГАТА: Когда мы снимали одну из самых важных сцен, сон императора  и  то, как он плачет, Сокуров-сан не давал мне никаких указаний, просто попросил меня самого передать это: как будто все происходило со мной в реальности.

КАОРИ МОМОИ: Мне показалось, что Сокуров-сан старается выстраивать внешность персонажа  и  его поведение в соответствии с тем, какие чувства персонаж испытывает, а не наоборот.

ИССЕЙ ОГАТА: А самое большое уважение к этому режиссеру у меня вызвал случай, когда на съемках одной сцены он попросил нас остановиться  и  честно сказал, что не знает, как снимать дальше. Он попросил нас подождать,  и  мы все ждали, пока он не понял этого. Вместо того чтобы изобрести что-то на ходу, он признался нам во всем. Это замечательная черта.

-А как вы сами относитесь к фигуре императора Хирохито?

КАОРИ МОМОИ: Мое отношение выражает фильм. Хирохито не был агрессивным или злым человеком. Напротив, он был по-своему очень мил, даже очарователен. Надеюсь, что теперь это передастся  и  зрителям. Сама-то я была маленькой девочкой, когда Хирохито умер. При нем жили мои родители, не я.

ИССЕЙ ОГАТА: Я представляю Хирохито как человека ответственного  и  мыслящего. Может, многие японцы со мной не согласятся, но главное чувство, которое я испытываю по отношению к моему герою, — глубокое уважение.

Властители всея Японии

Иссей   Огата  родился 22 февраля 1952 года в Фукуоке. Впервые снялся в кино в 1985 году, будучи уже довольно известным театральным актером. Снимался в комедиях  и  жанровых фильмах, в 2000-м сыграл в фильме тайваньского режиссера Эдварда Янга «Йи Йи», получившем приз Каннского фестиваля за режиссуру, в 2004-м — в «Тони Такитани», первой экранизации Харуки Мураками.

Каори   Момои  родилась 8 апреля 1952 года в ТокИссей  Огата . На ее счету более сорока ролей в кино, она очень известна в Японии. Среди самых значительных работ — «Тень воина» Акиры Куросавы. В прошлом году сыграла в скандальном фильме Такаси Миике «Изо», сейчас снимается в громком голливудском проекте, «Мемуарах гейши» Роба Маршалла.

Антон Долин, Газета.ру, 21.02.2005