Солнце

Бюджет картины составляет 2,5 млн. долларов, 45% которого составляют субсидии Министерства культуры РФ. Для картины в жанре «арт-хаус», ярким примером которого является «Солнце», масштаб финансирования в России не имеет прецедентов. Впервые за последние несколько лет производственный процесс создания фильма Александра Сокурова был сосредоточен в России и велся силами российских продюсерских компаний — «Proline-film», продюсер Андрей Сигле, и «Никола-фильм», продюсер Игорь Каленов.

Кинолента - третий фильмом тетралогии знаменитого режиссера, посвященной великим персонажам ушедшего столетия: первая, «Молох», была посвящена европейцу Гитлеру, вторая,  «Телец», — представителю Евразии Ленину. Эта работа, по словам Александра Сокурова, посвящена «малоизвестной или абсолютно неизвестной части жизни того пространства Тихого океана, в котором живут японцы — абсолютно уникальный народ».

События киноленты переносят зрителя в 1945 год, когда американские войска вошли на территорию Страны восходящего Солнца. Героями картины являются император Хирохито, командующий американскими войсками Макартур и их окружение.

Режиссер отмечает, что Хирохито был удивительным историческим персонажем. «Он единственный из крупных политических фигур прошлого столетия, который, пройдя через основные события 20 века, являясь свидетелем многого, остался жить: Гитлер покончил жизнь самоубийством, Муссолини был убит, Хирохито даже не судили»,  —  говорит он.

«Когда американский корпус занимал столицу, — рассказывает режиссер, — в распоряжении Хирохито была армия в несколько миллионов человек. Если бы он распорядился биться до конца, американцы ценой больших жертв были бы разбиты. Тогда политическая честь страны была бы спасена. Хирохито пошел по другому пути — политическая честь не значит ничего, когда речь идет о жизни людей».

В то же время, замечает Сокуров, Хирохито после того, как Япония вышла из войны, мог бы покончить с собой, как это сделали многие военные. «Он не сделал этого, взяв на себя весь позор, проглотив все горькие лекарства», — сказал Сокуров.

Александр Сокуров о своем новом фильме - прямая речь
Что делает человека великим? Выдающиеся личностные качества, слепая игра случая, божественное провидение? И в чем мы можем измерить величие конкретной исторической фигуры, в каких единицах?
Хирохито правил Японией с 1926 по 1989 год. За это длинный исторический отрезок крупнейшая милитаристская империя, державшая в страхе Юго-Восточную Азию и частично ответственная за развязывание Второй мировой войны, была повержена в прах Союзными войсками, но уже в 60-е годы ХХ столетия возродилась на новых основаниях, воплотив в себе технологическую мечту человечества.

Но ещё более удивительная метаморфоза произошла с самим императором. Ведущий свою родословную от богини солнца Аматерасу, воплощенный бог на земле не только подписал капитуляцию Японии 2 сентября 1945 года, но через несколько месяцев публично отказался от своего божественного происхождения. Это было непросто. Такие шаги напрочь ломали историческую традицию. Японию потрясли сотни ритуальных самоубийств высших сановников, часть из которых была совершена прямо перед императорским дворцом.

В двух предыдущих фильмах этой тетралогии «Молох» и «Телец», мы брали героями людей, бесконечно далеких от смирения и каких-либо угрызений совести. Для одного из них, Гитлера, абсолютная власть, добровольно подаренная народом, явилась и абсолютным наркотиком. Герой «Тельца» Ленин из-за неизлечимой болезни почти смог осознать ужас исторического тупика страны, созданного собственными руками. Но, как говорится, поздно, слишком поздно...

У Хирохито хватило мужества отказаться от прошлого и обеспечить достойное историческое будущее страны. Маленький, щуплый человечек с тонким голосом, учёный, занимающийся ботаникой и гидробиологией, он был физически и духовно менее всего приспособлен к абсолютной тирании. И его дворец, превращенный в научную лабораторию, совсем не походил на бункер кровожадного бога войны. А ведь Хирохито приходилось играть именно эту роль, надевать именно эту маску, и отказ от нее - один из главных сюжетов фильма.

Фабула в основном построена на нескольких днях августа 1945 года, когда американская оккупационная администрация во главе с генералом Дугласом Макартуром решали судьбу Хирохито и всей императорской династии Японии. Советский союз добивался суда и казни императора. Но Макартур поступил мудрее. Не понуждая и не угрожая впрямую, он добился того, что император добровольно ограничил свои полномочия, в итоге отказавшись от своего божественного происхождения...

Встречи Макартура и Хирохито, на первый взгляд бесконечно далеких друг от друга людей, их духовное влияние друг на друга занимают главное место в композиции фильма.

Создавая фильм «Солнце», мы создаем картину жизни людей. Мы должны обратить внимание зрителей и на огромную силу индивидуального. Вот это «индивидуальное» и определяет главное содержание всех событий в жизни человека и общества. 

В ходе съемок были воссозданы интерьеры токийского императорского дворца, быт японского императора, подчиненный древним ритуалам.

Разработана принципиально новая система декораций, которая позволила создать впечатление единого пространства действия, перетекания одного эпизода в другой. Это первый фильм Сокурова с использованием компьютерной графики (в масштабной сцене бомбардировки Токио).

Сокуров о фильме (из интервью)

«Эту главу кинотетралогии, которая еще не завершена, нельзя отделить от предыдущих фильмов — «Молох» и «Телец». Что прежде всего их объединяет? Ситуация героя, переживающего личную катастрофу. Гитлера мы застаем в момент начавшегося распада самого материала индивидуальности на уровне нравственно–психологическом. Ленина мы видим, когда завершается его эпоха и его физическая жизнь. Каждый предстает в «пейзаже после битвы», каждый оказывается в условиях экзистенциального выбора перед лицом катастрофы, и каждый ведет себя по–разному. Гитлер доводит ситуацию до бессмысленной трагедии: ясно, что война проиграна, но по его воле продолжают гибнуть солдаты с обеих сторон, он уносит с собой в небытие многие жизни. Ленин тоже сопротивляется небытию, он словно забрасывает в будущее свое предсмертное озлобление, свою нетерпимость».

«Оказывается, есть и иной выбор в трагической ситуации. Такого выбора не найти и в шекспировских трагедиях, всегда разрешающихся деструктивным финалом. Японский император Хирохито это символ конструктивного финала, вернее, не финала, а продолжения — жизни. Ведь можно, выехав в разрушенный город, увидеть внутренним взором руины, а можно и десятки уцелевших зданий — увидеть перспективу. Для этого нужна совершенно особая человеческая природа. Эти картины представляют три разные человеческие натуры, оказавшиеся в критической ситуации личной и общественной. Если абстрагироваться, то можно в этих трех типах разрешения внутреннего кризиса разными персонажами увидеть один образ шекспировского масштаба».

«Власть в Японии трудно поддается определению и пониманию европейца. Для Японии характерно проявление власти тихой, не блестящей, но глубинной и затаенной. Японцы не азиаты. Они, скорее, ближе к англичанам и их островным самосознанием. И миссия у них одна и та же, но старты разные и темпы развития иные».

«Император Хирохито вступил на дорогу решений, когда в стране никто не мог взять на себя эту миссию. Он предотвратил уничтожение своего народа. Мы имеем аналоги, когда людям вовремя не сказали: остановитесь! В нацистском рейхе люди продолжали гибнуть за идею, вожди которой уже были на том свете, их трупы истлевали».

«Разницы в преклонении перед императором Японии в 40–е годы или, скажем, перед генералиссимусом Сталиным в 30–е годы в России — нет. Превозношение института власти так глубоко вошло в сознание и современного общества, что трудно представить, что нужно сегодня сделать, чтобы убедить людей, что власть не от бога».

«Японцы — это другой человеческий мир. Они отличны и от европейского и от азиатского мира. Эта абсолютная отдельность порождает уникальные примеры как тонкости и изящества, так и жестокосердия в поведении. Хирохито внешне кажется инфантильным, потому, что он все время думает. У его оппонента американского главнокомандующего Макартура нет необходимости думать. Он лишь наблюдает. У него уже созрели все решения. Ему нужно лишь выбрать из вариантов. Такая европейско–американская структура вариантного мышления совершенно неприемлема для японца».

«Для меня император Хирохито — очень ясная и понятная человеческая сущность. Если персонаж для тебя является тайной, если он тебе не близок, то бессмысленно приближаться к нему. Потому, что ты в этом случае, как автор начинаешь бесцеремонно, грубо вмешиваться в его жизнь и ломать мотивацию его поступков. Ты должен быть рядом, чтобы познать сущность человека. Я ее не могу проанализировать, я могу ее лишь почувствовать. Он абсолютно необыкновенный человек. Даже, если бы он принял иное решение, его личный выбор был бы оправдан внутренней драмой. Он до этой ситуации уже прошел большой путь вместе со своей страной».

«Еще с середины ХIХ века в эпоху Мейджи перед Японией стоял вопрос, в какую сторону идти, чтобы страна не была уничтожена Европой. И был сделан радикальный выбор — путь европеизации Японии. Этот вопрос пришлось решать в 1945 году и императору Хирохито: или европоподобие, или рабство и смерть нации. В какой стороне спасение? Он предпочел переодеться, чтобы сохраниться внутренне. Он выбрал тяжелый, мучительный путь, но это был путь жизни. Не борьбы. Это был путь плутания, чтобы оторваться от преследования. Никто из азиатских стран не смог принять такого радикального решения, кроме Японии. Император Хирохито не был Богом — он выбрал путь человеческого разума».